Когда главный мастер Ханс фон Прахатитц услышал желание юноши взять в жены его дочь, он сильно разгневался.
Но согласился исполнить его желание, если молодой каменотес выполнит одно условие. Юноша должен был достроить северную башню в установленный мастером срок.
- Но это невозможно!- воскликнул зодчий. - Башню можно достроить только через три года. В заданный Вами срок не сможет уложиться никто на земле!
- Если ты любишь Марию, то сможешь сделать и более трудную работу,- сказал довольный собственной хитростью мастер и покинул несчастного возлюбленного.
Дни и ночи думал Ханс, чертил чертежи и строил планы, но было понятно, что закончить башню в установленный жестокосердным мастером срок было невозможно.
Однажды к нему на улице подошел незнакомец и попросил разрешения сопровождать его. После нескольких минут молчания, незнакомец промолвил:
- Хочешь ли ты достроить башню в срок и жениться на Марие?
- Да , но это невозможно, - ответил изумленный юноша.
- Я помогу тебе, - пообещал незнакомец.
-Что же ты потребуешь взамен?
- Немного. Если ты не назовешь имени Бога или кого-либо из святых, то наша сделка состоится.  Если ты сделаешь это, то расплатишься своею душою.
-Не называть имени Бога, - это ведь не грех, подумал Пуксбаум.

И хотя сомнения мучили его неискушенную душу, образ прекрасной Марии предстал перед его взором и он согласился.
Дни и ночи работал зодчий над возведением башни. Строительство продвигалось быстро, а работа спорилась в его руках. Но из жизнерадостного, приветливого юноши он  превратился в замкнутого неразговорчивого молчуна, который боялся проронить лишнее слово.
Когда искуситель увидел, что он вот-вот проиграет пари, он смешал немного гордости , тщеславия и желания и добавил всю эту смесь в еду каменотеса. Результат не заставил себя ждать.
После работы Пуксбаум поднялся на северную башню и сказал:

- Все это сделал я, я один!
Но вдруг прямо перед собой он увидел прекрасную Марию, которая качаясь на незакрепленных, недостроенных балках, казалось, вот - вот упадет.
Мария! -воскликнул юноша и протянул к ней руки.

Его возлюбленная носила прекрасное имя пресвятой девы Марии.
Но в это миг, образ девушки исчез, так как это был сам искуситель, принявший ее облик .
Душа же бедного каменотеса стала принадлежать тому, с кем он заключил сделку, а строительство северной башни остановилось и ни одного камня больше не было положено с того дня. Она остается незаконченной и поныне.

По материалам "Die Wiener Sagenwelt".